Украли по-честному

Николай Павленко. Фото из следственного дела.

Автор текста:

Алексей Мокроусов

 

В издательстве «Новое литературное обозрение» вышла книга Олега Хлевнюка, посвященная одной из самых необычных афер сталинской эпохи – частной организации, которая сперва на фронтах второй мировой, а затем в мирное время строила под видом государственной. Ее создателя расстреляли, но читателям газет сообщать об этом не стали.

 

В ноябре 1954 года в трибунале Московского окружного военного суда начался процесс, который не освещала пресса. Между тем это был один самых важных судебных процессов в истории СССР: он доказывал, что существующий строй мало того что далек от совершенства, но легко может быть заменен более успешной экономической моделью.

Процесс над Николаем Павленко и руководимым им Управлением военного строительства, частно-государственной компанией, проработавшей почти десять лет, выглядит знаковым – максимально подробная, насколько это возможно, монография историка Олега Хлевнюка, не так давно опубликовавшего биографию Сталина, доказывает этот тезис.

Историю самого необычного самозванства на пространстве советской империи Олег Хлевнюк рассказывает в восьми главах. Он реконструирует жизнь Николая Павленко – решающими в судьбе стали годы юности юности, когда, «обладая способностями и амбициями, он, как сын «кулака», оказался заперт в почти неподвижной кабине социальных лифтов». Созданное по фальшивым документам управление – организация не раз меняла название, остававаясь по сути строительным трестом, - начало работать в годы войны, двигаясь вместе с фронтом и дойдя до Германии. Работало и после – на территории Молдавии и Украины Прибалтики и Могилевской области. Качество дорог, говорят, было лучше, чем у сделанных «настоящими», государственными предприятиями. Нарушений закона при этом хватало - невыплаченные налоги это еще полбеды, но владение оружием, самочинный расстрел трех нерадивых сотрудников в условиях войны – это принятие на себя функций государства. В итоге в 1955-м Павленко и еще двух его товарищей приговорили к высшей мере наказания, часть сотрудников получили большие сроки, кто-то наказания избежал, поскольку не знал о криминальном характере организации. Фигура основателя полуподпольной империи, Николая Павленко, после перестройки привлекла внимание журналистов и документалистов, о нем много писали, снимали фильмы, по мотивам его биографии даже выпустили телесериал «Черные волки». Всех больше интересовала сама возможность параллельной реальности в сталинскую эпоху, когда человек присваивает себе звание полковника инженерных войск и долгое время ему все верят. Но история тем и отличается от масс-медиа, что видит в частном случае признаки общих процессов.

Фиктивное с точки зрения государства Управление военного строительства работало реально, заключало договоры и обычно тщательно их выполняло. В 1948–1952 годах Управление, в котором работало сотни человек, строило в 32 населенных пунктах, но его предшественник, Управление военных работ, с 1942 года возводило наземные сооружения на полевых аэродромах и полевые госпитали, в итоге в 1944-м «лжевоенно-строительная организация», как она именовалась в следственном деле, влилась в состав 4-й воздушной армии».

Трудности, с которыми столкнулся Хлевнюк в ходе реконструкции следствия и процесса, ожидаемы: доступна лишь часть материала, отложившаяся в ГАРФе, и недоступно все в военных архивах. Тем не менее общую картину происходившего удалось воссоздать, и даже в самой важной, быть может, ее части. Обычно в истории на первый план выступает обвинение, но в деле Павленко сохранилось больше голосов самих обвиняемых – благодаря их апелляциям, доступным исследователям. В заявлениях Павленко по поводу пересмотра расстрельного приговора «его корпорация представала обычным капиталистическим предприятием, мимикрировавшим под социалистическое, - пишет Хлевнюк. - В своей работе корпорация опиралась на хозяйственную самостоятельность и получение прибыли, использовать которую предпочитала по своему усмотрению. Многочисленные нарушения и преступления были в значительной мере (хотя и не полностью) результатом выхода за жесткие рамки государственного регулирования экономики, а не преступных намерений членов корпорации.»

Сам Павленко считал, что из 25 млн. рублей, снятых официально со счетов Госбанка и вмененных ему как преступление, в действительности у государства украдено 1,5-2 миллиона, остальное же потрачено на зарплату, закупку техники и прочие необходимые вещи.

Во время следствия Павленко и его подельникам пытались «пришить политику» - обвинения в антигосударственной деятельности могли привести к печальным последствиям для куда большего числа осужденных. Автор книги напоминает об атмосфере, царившей в стране в последние годы сталинского правления – и о приговорах, которые ждали слишком разговорчивых граждан.

Так, надомнице артели в Москве Е. Пестель в июле 1951 года дали срок за то, что она пересказывала знакомым сюжеты передач радиостанций «Голос Америки» и Би-би-Си, за это же осудили и дежурного по станции на Южно-Донецкой железной дороге А. Евтушенко, он распространял такие сведения систематически, цитировал Трумэна об ответственности СССР за начало корейской войны и утверждал, что «руководителей Советского правительства ждет участь Гитлера и Муссолини, и что сам русский народ поможет это сделать».

Сроки давали немалые: десять лет лагерей получил в конце 1952 года московский инженер В.  Кузнецов, ему вменяли такие утверждения: «Я — инженер, член КПСС, а пальто себе купить хорошее не могу… Дали  бы мне паспорт, я  уехал  бы в  Америку, так как в  СССР больше жить нельзя, невозможно терпеть советские порядки». Такой же срок в октябре 1952-го дали комбайнеру из Северной Осетии, участнику войны Е. Бабичу, он утверждал, будто «В Америке настоящая свобода слова, там все могут говорить и писать. А у нас, в СССР, настоящей свободы слова нет, она зажимается… Скоро война с Америкой и Америка нас победит, так как у нас никто за советскую власть воевать не будет, что колхозники что ли пойдут воевать. За что, если на трудодни ничего не получают». Все цитаты автор книги приводит по архивным документам

Но в итоге в процессе Павленко политические статьи уступили место хозяйственным – наступала оттепель, времена вроде бы смягчались, но государство отлично чувствовало, откуда исходит угроза идеологии. В поздние советские годы дело Павленко расцвело на просторах СССР, от Прибалтики до Средней Азии, от Закавказья до Дальнего Востока, «теневая экономика» принимала самые разные формы, от фарцовки и приписок до полномасштабного швейного производства и незаконного вылова рыбы. В итоге она стала одной из важнейших составляющих общества всеобщего дефицита - именно потому, что помогала с этим дефицитом бороться, налаживала недостающие связи экономики официальной и тем самым продлевала ее жизнь. Жаль, что об этом не так и не далось узнать самому Николаю Павленко, человеку, который оказался одной крови с детьми лейтенанта Шмидта, но масштабов был все же Остапа Бендера, а не Шуры Балаганова.

Олег Хлевнюк, О. В. Корпорация самозванцев. Теневая экономика и коррупция в сталинском СССР. — М.: Новое литературное обозрение, 2023. — 320 с.: ил. (Серия Historia Rossica)

 

Это расширенная версия статьи, опубликованной Ъ.

 

 

Время публикации на сайте:

26.12.22